Днем в пустыне стоит жара. Ночью он преодолевает расстояние. Без влажности, которая могла бы размыть его, и без города, который мог бы его затмить, небо над полем дюн становится глубже, чем когда-либо видело большинство людей — звезды доходят до самого горизонта, где они, кажется, приземляются на песок.
Эти фотографии сочетают в себе два великих минимализма, дюну и звездное поле, одно из которых нарисовано ветром, а другое — гравитацией. Между ними светится палатка или уходит след джипа — маленькое доказательство присутствия свидетелей.
Это редкие обои, одновременно теплые и космические. Песок помнит тот день; небо никогда о нем не слышало.
